Раз в неделю, в дождь и в ведро, Курои здоровенным пинком вышибал обыкновенно своих учеников в древние эпохи для лучшего усвоения деталей быта. Но и Курои, человек отнюдь не сентиментальный, на первых порах пожалел и без того перепуганных первокурсников и при самой первой встрече не стал отправлять их поодиночке ни на базарную площадь Эборакума, впоследствии Йорка, ни ко двору короля Конхобара в Эмайн‑Махе, ни на пустое место, где впоследствии возник Лондон, как было у него принято. Он вообще для первого раза не стал их никуда отправлять.
– Сейчас мы с вами посмотрим некоторые сны, – сказал он, – а в конце урока обсудим увиденное.
Под его сумрачным взглядом все тут же уронили головы на руки и слаженно заснули. Через час класс протирал глаза в некотором ужасе.
– Итак: что мы с вами только что видели? – не дав им опомниться, спросил Курои.
– Резню между какими‑то ужасными первобытными людьми, – робко сказала Телери, дочь Тангвен.
– Стыдитесь! – воскликнул Курои и принялся порывисто расхаживать по классу. – Неужели вам ничего не говорит их одежда? Подумайте!
Все подумали.
– А… это была одежда? – спросил Горонви.
– Позор! – пророкотал Курои. – Вы видели сражение между доблестным кланом МакДональдов и блистательным кланом МакГлашенов Лисмора за спорные пастбища Гленши.
Все напряженно припомнили странные тряпки, намотанные на участников события, и поняли, что да, они действительно были клановых цветов.
– Кем был человек, который начал бой?
– Начал? Да разве в этой каше разберешь, кто там что начал?
– Который рассек противника пополам?
Девочки побледнели при воспоминании – как о рассеченном противнике, так и об этом заросшем щетиной человеке с совершенно безумным взглядом.
– Это был Энгус, сын Дугласа, знаменитый вождь клана МакГлашенов, – стыдил их Курои. – Чему только вас до сих пор учили? Безобразие! Теперь вспомните человека, отрубившего головы троим, в следующих один за другим поединках, в середине сражения. Кто это был?
– Какой‑то выродок, – сказал Дилан, сын Гвейра, и никто не предполагал, что тут может быть иной ответ.
– Это был Мередах О’Дали, великий лирический поэт, которого клан МакДональдов приютил в изгнании. Тончайшая лирика разлуки, пронзительный гимн берегам Ирландии… Я не знаю, чем там с вами занимается коллега Оуэн на уроках поэзии, но мне стыдно за вас! Теперь: человек, который, как вы помните, спрыгнул со скалы, зайдя МакДональдам в тыл, раскроил голову их дозорному и затем сразился один против восьмерых. Кто это был?
Все живо вспомнили это перекошенное лицо, залитое грязью и кровью, но, наученные предыдущим опытом, помалкивали.
– Это был крупнейший мыслитель своего времени, Аластар, сын Фергуса из клана МакГлашенов, светило богословия и выпускник нашей школы!!! – окончательно добил их Курои. – Последний вопрос: где, по‑вашему, самое безопасное место для современного человека в прошлом?
Все подумали, что под кроватью в собственной спальне, вчера, но никто ничего не сказал.
– В гуще битвы на Бойне, – веско сообщил Курои. – В крайнем случае, при Гастингсе.
– Почему? – решился спросить Гвидион.
– Потому что в разгар битвы на Бойне вы можете появиться там хоть в джинсах и с бутылкой пива «Murphy’s», торчащей из кармана, и никто этого не заметит! – назидательно сказал Курои.

Анна Коростелева "Школа в Кармартене" лежит тут http://lib.aldebaran.ru/author/korosteleva_anna/korosteleva_anna_shkola_v_karmartene
всем ЧИТАТЬ!!!
Огромное спасибо svetly за наводку!:-)

Извините мой рязанский, но по-русски это называется именно так...

Вчера смотрела в вечеру по "Культуре" программу "Тем временем" по поводу "юбилея" официального начала 2 Мировой. Умные (и "типа умные") люди обсуждали тему "Роль нашей страны во 2 мировой". И, разумеется, первым же делом начали драть глотки по поводу пакта Молотов-Риббентроп. Но если вы думаете, что я хуею с этого, то - увы... я уже привыкла. "Человек - не собака, ко всему привыкает", в том числе и к соображениям в духе: "вот Западу можно было договариваться с Гитлером, это было мудро и цивилизовано, и, разумеется, только с самыми благими целями, а вот СССР не имел морального права, это - "спевка чудовищ" с коварной целью сожрать весь Мир!!!" Я даже уже перестала рефлекторно вступать в полемику с оратором. Потому, что давно "вкурила", что это - не вопрос истории. И даже - не вопрос идеологии. Это - вопрос психологии. Если есть у человека фобия, он найдёт, куда и как её присобачить. Не взирая...

А охуела я с высказывания некоего священника (увы, запамятовала имя, а на сайте канала "отчёт" ещё не выложили). Отче первым делом призвал всех резко покаяться за 2 мировую войну. Возникло желание уточнить, перед кем и за что КОНКРЕТНО. Но никакой конкретики отче не высказывал, только, всякий раз, как ему давали слова, трагически распахивал глаза и повторял "О, бесчеловечный большевистский режим!" и "Мы должны, мы ОБЯЗАНЫ покаяться. Иначе будет БЕДА!" Зрелище, скажем прямо, было унылое и отвратительное. Не в связи с вероисповеданием и саном оратора, а... просто по факту наличия. Но меня не зря хорошо учили в институте. Я точно знаю, если невротику давать свободно говорить, то после 3-4 циклов "корневая", таки, прорвётся. И оно ПРОРВАЛОСЬ. Минуте на 20-й беседы отче, в процессе дебатов между тремя историками, всплеснул ручками и возопил:
- Ну ПОЧЕМУ?! ПОЧЕМУ никто не говорит здесь о САМОМ ГЛАВНОМ?!?! Почему мы не говорим о лишениях и гонениях, которым подверглась святая православна церковь?!?!

Вот так. Какая такая Вторая Мировая? Как Великая Отечественная?... Смысл имеет только обстоятельный рассказ о лишениях и страданиях РПЦ. Всё прочее - тлен мирской.
Я вот что скажу, граждане. Даже во времена Российской Империи, когда триада "Православие. Самодержавие. Народность." было официальной идеологией страны, церковь позволяла себе самопозиционироваться в духе: "История церкви неотделима от истории страны". Но "заявочки" типа "История страны - только частный случай истории церкви"...
По-моему, это - ПЕРЕБОР. И это - мнение гражданина, безотносительно вопросов "разногласий в толковании святого Августина".
Причём - ТАКОЙ ПЕРЕБОР, что... хуею я, сограждане...